Фото: VCG / Getty Images
Американский инвестор Джим Роджерс полностью вышел из американского рынка акций и одним из ключевых направлений, куда он переложил капитал, стал фондовый рынок Узбекистана. Ближе к концу 2025 года он продал все свои активы в США и отметил, что узбекские акции стали для него «необычной» позицией в портфеле, при этом он заявил, что купил большинство бумаг, которые вообще торгуются на местной бирже.
Речь идет о бирже «Тошкент», где обращаются акции порядка 85 компаний из банковского, нефтегазового, телекоммуникационного и других секторов. Роджерс рассматривает этот рынок как молодой и открывающийся: капитализация и ликвидность пока скромные, но, по его оценке, потенциал роста связан с продолжением экономических реформ, приватизацией и возможной волной IPO.
Еще в 2021 году Роджерс публично говорил, что присматривается к Узбекистану и ждет дальнейшего открытия экономики, планов по приватизации и выхода компаний на публичный рынок, и теперь констатирует, что экономика «наконец-то открылась», что и стало сигналом к активному входу в узбекские активы. Сейчас он делает ставку на то, что международные инвесторы тоже начнут активно заходить в эту юрисдикцию и тем самым разгонят оценки местных предприятий.
Структура его позиции по Узбекистану принципиальна: он держит только акции узбекских эмитентов и сознательно не покупает суверенный долг страны.
При этом Роджерс не хеджирует валютные риски, фактически демонстрируя доверие к узбекскому суму и закладывая в стратегию сценарий, при котором курс либо останется приемлемо стабильным, либо даст дополнительный выигрыш к доходности по акциям.
Контекстом для этого разворота служит выход известного инвестора из США после самого длительного в истории бычьего рынка, и параллельно он проявляет осторожность в отношении Китая, где продолжает держать широкий портфель, но уже размышляет о возможной фиксации прибыли из‑за перекупленности рынка. На этом фоне Узбекистан в его логике выглядит фронтирным рынком с асимметричным потенциалом: риски высоки, но, по его оценке, они компенсируются возможностью значительного роста стоимости активов при дальнейшем успехе реформ и притоке внешнего капитала.
