Талибы узаконили рабство и произвол

Верховный лидер Афганистана и глава движения «Талибан»* мулла Хайбатулла Ахундзада утвердил новый Уголовно-процессуальный кодекс (УПК). Документ, подписанный 4 января 2026 года и разосланный в провинциальные суды, вызвал резкую критику со стороны правозащитников. Как сообщила афганская правозащитная организация «Равадари», получившая копию документа, кодекс состоит из трех разделов, 10 глав и 119 статей, которые фактически упраздняют базовые принципы современного судопроизводства.

Аналитики «Равадари» пришли к выводу, что положения кодекса полностью противоречат международным стандартам правосудия. В документе отсутствуют такие базовые принципы, как презумпция невиновности, равенство всех перед законом, право на защиту и право хранить молчание. Кодекс не устанавливает минимальные и максимальные сроки наказаний, а главным доказательством вины объявляются признание обвиняемого и свидетельские показания, что, как отмечают эксперты, создает прямые стимулы для применения пыток с целью получения признаний.

Особое беспокойство вызывает положение о «тазире» — институте исламского права, при котором деяние признается преступным, но мера наказания прямо не прописана в законах и назначается судьей по собственному усмотрению.

Религиозная дискриминация и подавление инакомыслия

Одним из ключевых нововведений кодекса является юридическое закрепление дискриминации религиозных меньшинств. Пункт восьмой статьи 2 документа определяет мусульманами только последователей ханафитского мазхаба, в то время как представителей других течений и верований характеризует как «мубтадех» (еретиков).

Это положение напрямую затрагивает интересы многочисленных религиозных меньшинств Афганистана, включая джафаритских шиитов, исмаилитов, сикхов, индуистов и других. По различным оценкам, шииты составляют от 15% до 30% населения страны, и теперь они официально объявлены еретиками.

Статья 14 кодекса разрешает убийство «в целях общественного интереса» людей, которые защищают «ложные убеждения, противоречащие исламу» или призывают к ним. Такую казнь УПК допускает с разрешения «имама». Статья 26 прямо запрещает последователям ханафитского мазхаба менять веру. Если факт отхода от вероучения будет доказан в суде, человеку грозит два года тюрьмы.

Фото Reuters

Под удар также попадает свобода слова. Статья 17 назначает два года заключения за «издевательство» и «высмеивание» исламских постановлений, при этом критерии того, что именно считать насмешкой, в законе не прописаны.

Пункт 11 статьи 2 определяет понятие «баги» — «мятежник» — как человека, который «стремится распространять коррупцию». Согласно кодексу, «их вред является общественным и это не может быть исправлено иначе как через смертную казнь». Фактически это положение дает талибам юридическое основание казнить оппонентов, критиков и правозащитников без каких-либо гарантий справедливого суда.

Пункт 6 статьи 4 идет еще дальше — он дает право любому мусульманину самостоятельно наказать человека, которого считает грешником.

Это положение не только суды наделяет полномочиями карать, но и рядовых граждан, сотрудников полиции нравов и связанных с талибами священнослужителей. Такой подход грубо нарушает право на личную неприкосновенность, запрет произвольного задержания и право на справедливое судебное разбирательство.

Социальное расслоение и легализация рабства

Пожалуй, самым вопиющим аспектом нового кодекса является официальное закрепление социальной стратификации и фактическая легализация рабства. Статья 9 документа разделяет афганское общество на четыре категории: «ученые, знатоки ислама» (улемы), «элита» (ашраф), «средний класс» и «низший класс».

И теперь наказание за одно и то же преступление зависит не от его тяжести, а от происхождения преступника. Улема, согласно документу, достаточно пожурить, представителя элиты — вызвать в суд для беседы. Человека из среднего класса заключат в тюрьму, а выходец из «низшего класса» помимо тюрьмы получит телесное наказание.

Правозащитники подчеркивают, что такой подход напрямую нарушает принцип равенства перед законом и запрет дискриминации, закрепленные в международном праве.

Более того, кодекс фактически узаконивает рабство: в различных статьях документа неоднократно упоминается слово «раб» (гулам). Так, статья 15 документа гласит: «В случае любого преступления, для которого не установлено «хадд» (предустановленное наказание), назначается «тазир» (дискреционное наказание), независимо от того, является ли преступник свободным или рабом». Пункт 5 статьи 4 устанавливает, что исполнение «наказания тазир» может осуществляться «мужем» и «господином» (бадаар).

Как отмечают эксперты, талибы формально не вводят рабство, но оперируют понятиями «азад» (свободный) и «гулам» (раб, зависимый), потому что это различие имеет значение в основополагающих текстах ханафитского мазхаба. При этом в кодексе ничего не говорится о том, как человек может приобрести или утратить статус раба.

Гендерная политика: насилие узаконено, права женщин сведены к нулю

Особенно тяжелые последствия новый кодекс будет иметь для афганских женщин. Документ фактически узаконивает домашнее насилие и лишает женщин каких-либо механизмов защиты от произвола мужей.

Фото с сайта alarabiya.net

Статья 32 кодекса устанавливает, что муж получит лишь 15 суток только в том случае, если избиение палкой привело к серьезным травмам, и женщина сможет это доказать судье. Другие виды физического, психологического и сексуального насилия в отношении женщин в документе даже не упоминаются как противоправные действия.

Для сравнения, статья 70 кодекса предусматривает наказание в виде пяти месяцев тюремного заключения за организацию боев животных — собак, верблюдов, овец или птиц. Таким образом,

петушиные бои законодательно признаны более тяжким преступлением, чем избиение жены.

В то же время статья 34 грозит тюрьмой женщине, которая ушла к родителям без разрешения мужа и отказывается возвращаться. Более того, наказанию подлежат и члены ее семьи, отказавшиеся вернуть женщину мужу. Это положение фактически лишает женщин возможности укрыться от домашнего насилия в родительском доме.

Не защищены от насилия и дети. Статья 30 запрещает учителям лишь те телесные наказания, которые приводят к переломам костей или разрыву кожи, косвенно разрешая все остальные виды физического воздействия. Статья 48 прямо разрешает отцу наказывать десятилетнего сына, например, за отказ от молитвы.

Подавление свободы слова и тотальная слежка

Новый кодекс создает правовую основу для подавления любого инакомыслия и критики в адрес властей. Статья 19 объявляет преступлением совершение «допустимого деяния», которое было запрещено лидером «Талибана», а также критику или возражение против «допустимых вопросов».

Как отмечают правозащитники, это положение носит настолько общий характер, что позволяет властям преследовать граждан за любые действия или высказывания. Например, запрет на образование для женщин, введенный талибами, подпадает под категорию «допустимых вопросов», и теперь критика этого запрета становится уголовно наказуемым деянием.

Статья 23 предписывает наказание в виде 20 ударов плетью и шести месяцев тюремного заключения для тех, кто оскорбляет лидеров «Талибана». Это положение криминализирует любую критику в адрес должностных лиц движения и предоставляет судьям широкие полномочия для подавления оппозиционеров.

Статья 24 обязывает всех граждан сообщать соответствующим органам о «подрывных» собраниях и деятельности «противников режима». Невыполнение этого требования карается двумя годами тюремного заключения. Таким образом, в стране вводится тотальная слежка и практика доносительства, а нейтралитет гражданских лиц, гарантированный международным гуманитарным правом, более не признается.

Статья 59 криминализирует танцы и их просмотр без какого-либо четкого определения этих понятий. Статья 13 призывает к разрушению «мест морального разложения», причем эта формулировка может быть распространена на парикмахерские и салоны красоты.

▶️ Правозащитная организация «Равадари» призвала международное сообщество, Организацию Объединенных Наций и другие международные органы использовать все доступные правовые инструменты, чтобы предотвратить применение нового УПК Афганистана. Организация заявила о намерении продолжать мониторинг ситуации и регулярно информировать СМИ и правозащитные организации о последствиях применения нового законодательства.

12 февраля Совет Безопасности ООН единогласно принял резолюцию о продлении мандата Группы по наблюдению, поддерживающей Комитет по санкциям 1988 года по Афганистану. В ходе обсуждения представители государств-членов выразили озабоченность гуманитарной ситуацией и положением в области прав человека в Афганистане, особенно условиями, в которых находятся женщины и девочки.

Фото Reuters

В тот же день вице-премьер Афганистана по экономическим вопросам Абдул Гани Барадар на церемонии начала строительства дороги Кабул-Баграм заявил, что администрация талибов работает над объединением афганцев под единой «исламской и национальной позицией». Он назвал политическое, этническое и языковое разнообразие Афганистана «бессмысленными разделениями» и проблемой, которую талибы намерены устранить. Это заявление прозвучало на фоне неоднократных призывов международного сообщества сформировать инклюзивное правительство, представляющее все этнические группы Афганистана.

Применение нового Уголовно-процессуального кодекса в отсутствие независимых и эффективных внутренних механизмов надзора, по мнению правозащитников, неизбежно приведет к массовым нарушениям прав человека, подавлению основных свобод и дальнейшей изоляции Афганистана от международного сообщества.