«Контракт Назарбаева» устарел

Президент Казахстана в окружении чиновников. Фото akorda.kz

В том, что обновлённую редакцию Конституции Казахстана примут, не было никаких сомнений. Что президент предложил, за то его подданные и проголосовали: никакого открытого общественного обсуждения реформы основного закона не произошло, потому что власти заранее создали атмосферу страха и самоцензуры, тотально преследуя критиков и оппонентов. Проверить результаты голосования в отсутствии независимых наблюдателей возможным не представляется. Поэтому и относиться к подобному «волеизъявлению» народа следует с максимальной долей скепсиса.

Однако оставим сегодня привычные репрессии против свободы слова за пределами нашего внимания и сосредоточимся на самом факте: зачем нынешней «элите» Казахстана потребовалась именно такая Конституция и именно сейчас?

Во‑первых, несомненно то, что в политическом плане текст новой Конституции консервирует персоналистскую модель власти, но в более «юридически оформленном» виде. После январских событий 2022 года и болезненного разрыва с наследием Назарбаева режиму требовался новый фундамент легитимности. Обновлённая Конституция призвана заменить собой устаревший «назарбаевский контракт» и зафиксировать уже сложившийся баланс сил: сильный президент, слабый парламент, зависимые институты контроля. Иначе говоря, власть не столько реформирует систему, сколько переписывает правила под новые элиты и под самого Токаева.

Во‑вторых, через введение поста вице‑президента и институционализацию Народного совета решается задача управляемого транзита. Казахстанская политическая история показала, насколько рискованными могут быть неформальные договорённости о преемнике. Теперь создаётся юридический коридор для передачи власти «своему» человеку с минимальными издержками и без необходимости повторять сценарий «лидера нации». Для внешней публики это подаётся как рационализация системы, но по сути речь идёт о снижении неопределённости для правящего круга, а не для общества.

В‑третьих, изменения в блоке прав и свобод отражают стремление власти заранее застраховаться от новых волн протеста. Смягчение формулировок о примате международного права, усложнение прямой применимости международных конвенций, размытые критерии для ограничения свободы слова и собраний — всё это создаёт гибкие инструменты для точечного давления на медиа, НКО и активистов. Власть усвоила уроки 2022 года: политические и социальные конфликты дешевле предотвращать на уровне юридической архитектуры, чем подавлять силой, когда они уже выплеснулись на улицу.

В‑четвёртых, не стоит забывать и про символический уровень. Новый текст Основного закона должен закрепить несколько важных сигналов для идентичности казахов: подчёркнутое национальное содержание (роль казахского языка, фиксация традиционного понимания семьи, акцент на «тысячелетней истории»), одновременно с сохранением минимально приемлемых для внешнего мира правозащитных формул. Это попытка встроить Казахстан в тренд «суверенной модернизации», когда государство демонстрирует открытость глобальным рынкам и технологиям, но жёстко резервирует за собой контроль над политической сферой и ценностной повесткой.

Наконец, самое важное для Токаева: новая Конституция позволяет переразметить поле интересов элит и бюрократии. Перераспределяются полномочия по назначению ключевых фигур, меняется конфигурация представительных органов, усиливается зависимость судей, прокуроров, регуляторов от президентской администрации. В такой системе проще балансировать кланы и группы влияния, предлагая им неформальные гарантии в обмен на лояльность. Формально всё будет выглядеть как следование обновлённому Основному закону, фактически — как продолжение практики ручного управления, но с обновлённой вывеской.

Если суммировать, то эти изменения, разумеется, – вовсе не про демократизацию и не про укрепление роли граждан, а про стабилизацию существующего режима в условиях турбулентной региональной и международной обстановки.

Конституция в данном случае выступает не как общественный договор, а как технический регламент для власти: как минимизировать риски, обеспечить преемственность и сохранить максимальную свободу манёвра для президента и его окружения.

Изменения в Конституции Казахстана коснулись примерно 84% текста, в документе теперь 96 статей вместо 99).

▫️Двухпалатный парламент превратился в однопалатный Курултай (145 депутатов по партспискам); президент получил право на его роспуск.

▫️Вернулся пост вице-президента, назначаемого президентом (с согласия Курултая в некоторых версиях разборов). Человек на этом посту — первый в очереди на преемника в случае досрочного прекращения полномочий главы государства.

▫️Вводится новый консультативный орган Халық Кеңесі / Народный Совет Казахстана (164 члена). Совет полностью назначается президентом, обладает правом законодательной инициативы (внесение законопроектов в Курултай), может инициировать референдумы и заменяет Ассамблею народа Казахстана + Национальный курултай.

▫️Статья 5 упраздняет прямой приоритет международных договоров над национальным правом: теперь договоры — часть права, но их применение регулируется законами РК, а верховенство остаётся за Конституцией.

▫️Цензура формально запрещена, но добавлены расплывчатые ограничения (на свободу слова и собраний); упразднено право на забастовку (из статьи о трудовых спорах убрана фраза «включая право на забастовку», теперь только общие способы разрешения споров по закону).

▫️Слово «бесплатно» убрано из статей о медицине и образовании (гарантируется только «гарантированный объём» в госучреждениях, без слова «бесплатно»).

▫️Прямо запрещено двойное гражданство (наличие второго — основание для автоматического прекращения казахстанского по суду).

▫️Брак определён как союз мужчины и женщины (семья — традиционная, без упоминания иных форм).

▫️Статус русского языка изменился с «наравне» на «наряду» с казахским в госорганах и органах местного самоуправления (казахский остаётся единственным государственным).

▫️Запрет смертной казни прямо закреплен: право на жизнь абсолютное, никто не вправе лишать человека жизни.

▫️Запрет иностранного финансирования политических партий и ряда НПО/общественных объединений (усиление контроля за «иностранными агентами»).

▫️Расширены основания для лишения гражданства: не только за терроризм, но и за «причинение тяжкого вреда национальным интересам» (по суду).

▫️Впервые закреплено право на защиту прав и свобод в цифровой среде (защита данных, цифровые права человека).

▫️Система образования и воспитания исключительно светская (кроме религиозных организаций), для предотвращения радикализма. Религиозное обучение выносится в специальные духовные учреждения.

▫️Усилены гарантии презумпции невиновности и права не свидетельствовать против себя в уголовном процессе.

▫️Право на возмещение вреда от государства — более явное и усиленное.

▫️Национальная валюта тенге закреплена как таковая, с монетарным суверенитетом государства.

▫️Признаются и защищаются все формы собственности (частная, государственная и др.) с гарантией защиты.

▫️Внесение изменений в Конституцию — только через всенародный референдум (требуется >50% участия избирателей + большинство + 2/3 регионов); президент, Курултай, правительство или Народный совет могут инициировать.

▫️Статус столицы (Астаны) усилен, определяется отдельным конституционным законом (больше автономии).

▫️Преамбула полностью переписана: добавлены «Великая степь», «Справедливый Казахстан», «Закон и Порядок», единство, солидарность, межэтническое согласие, культура, образование, наука, инновации, бережное отношение к природе и т.д.

▫️Переходный период: действующий парламент прекращает полномочия с 1 июля 2026; выборы в Курултай — в течение 2 месяцев после вступления в силу; вся новая Конституция вступает в силу строго с 1 июля 2026 года.