Падение Хорезма

Чиновники, регулярно насиловавшие воспитанниц детдома в Ургенче, остались на свободе
Фото с сайта rua.gr

31 марта на сайте проекта против гендерного насилия в Узбекистане Nemolchi.uz опубликовали чудовищную историю о делах, творившихся в семейном детдоме №1 города Ургенча Хорезмской области. Здесь на протяжении почти года с подачи администрации учреждения местные чиновники насиловали трех несовершеннолетних воспитанниц. Причем суд в итоге назначил двоим представителям органов власти наказание в виде ограничения свободы, и после объявления приговора они как ни в чем не бывало отправились по домам.

За принтер, кроссовки и сладости

По данным Nemolchi.uz, история началась в мае 2021 года, когда заведующая детским домом заставила одну из воспитанниц, которой на тот момент не было и 16 лет, переспать со своим знакомым. Девочка сопротивлялась, и руководительница учреждения устроила показательную экзекуцию — на глазах других детей стала избивать скалкой малолетнего брата своей жертвы.

«Сломив волю девочки, заведующая в дальнейшем заставила ее спать со всеми мужчинами, с которыми она прикажет», — говорится в кейсе проекта против гендерного насилия.

Тогда же в деле появился начальник управления юстиции Хорезмской области. Он подарил заведующей принтер и пообещал помочь ей с «решением проблем», а взамен потребовал предоставить ему девочку для сексуальных утех.

Первой жертвой насильника стала 17-летняя сирота, которую психологически ломали так: изолировали от других воспитанниц, оставляли без еды, запрещали выходить из комнаты, а затем заявили, что она должна переспать с чиновником, так как он купил ей спортивную обувь за 250 тысяч сумов ($22). Затем сотрудник Минюста захотел другую девочку, потом — третью. Заведующая детдомом удовлетворяла запросы покровителя.

«Фактически, на протяжении десяти месяцев служебная квартира областного управления юстиции использовалась как платформа для сексуальной связи начальника облюста с несовершеннолетними девочками».

Оказалось, что и в других ведомствах есть чиновники-извращенцы. Местный начальник районного отдела также за «обещания решить проблемы» и спонсорскую поддержку — на этот раз в виде дивана, шкафа, кухонного стола и сладостей, — потребовал себе девочек. Первой в его списке стала та самая 17-летняя сирота, с которой он переспал прямо в детдоме. Далее чиновник регулярно пользовался «услугами» заведующей, привозя продукты и напитки и выдавая ей деньги. В деле фигурировала сумма в 200 тысяч сумов ($17,5).

«Девочек неоднократно принуждали к сексу с ним, а встречи проходили как в самом детском доме, так и в других местах».

Как подчеркивают в Nemolchi.uz, поскольку воспитанницы детдома находились в зависимом положении, он не могли дать добровольное и информированное согласие на секс.

«Кому жаловаться, если заведующая заставляет спать с чиновниками, у которых есть связи и власть? Кто послушает этих девочек, если они пойдут в УВД или в прокуратуру? Психику девочек сломали, их продавали и покупали, словно вещи. Разумеется, на суде все обвиняемые говорили, что девочки делали это по собственному желанию и их никто не принуждал. Никто не задался вопросом, была ли у этих девочек свобода выбора», — возмущаются авторы кейса.

Суд по этому делу прошел в сентябре прошлого года под председательством судьи Дилмурода Атамуратова. Заведующую детским домом №1 Юлдуз Худайбергенову приговорили к 5,5 года колонии с лишением права занимать руководящие и финансово ответственные должности в течение года. Ее признали виновной по трем статьям Уголовного кодекса Узбекистана:

▶️ пункт «а» части 3 статьи 135 («Торговля людьми, совершенная в отношении лица, заведомо для виновного не достигшего 18 лет»);

▶️ пункт «г» части 2 статьи 167 («Хищение путем присвоения или растраты путем злоупотребления должностным положением»);

▶️ часть 1 статьи 209 («Должностной подлог»).

Другие подсудимые — бывший начальник управления юстиции Айбек Машарипов и бывший начальник Янгиарыкского районного отдела по чрезвычайным ситуациям Анвар Курязов — получили по 1,5 года ограничения свободы.

Их признали виновными в совершении преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 128 («Вступление в половую связь с лицом, не достигшим 16 лет») и статьей 128-1 («Вступление в половую связь с лицом в возрасте от 16 до 18 лет путем предоставления материальных ценностей либо имущественной выгоды») УК. Суд запретил экс-чиновникам на протяжении срока наказания выходить из дома по ночам, менять место жительства без согласования с органами пробации и выезжать из своего региона.

В декабре 2022 года состоялся суд апелляционной инстанции по этому делу, но приговор был оставлен без изменений.

По данным основательницы Nemolchi.uz Ирины Матвиенко, согласно материалам следствия, в изнасилованиях несовершеннолетних девочек, происходивших на протяжении нескольких месяцев, могли участвовать еще трое мужчин. Но они даже не были привлечены в качестве обвиняемых, а проходили в деле как свидетели.

«Во всех статьях, касающихся половых преступлений, нужно исключить заведомое знание о возрасте жертвы (то есть человека обвинят в совершении подобного преступления, только если он заранее знал, что потерпевшая — несовершеннолетняя). Пятеро взрослых мужчин совращали воспитанниц детдома и трое из них ушли от ответственности, потому что в Узбекистане такие законы. Сколько еще уйдут от наказания, если заведомость оставят?», — вопрошает Матвиенко.

Журналисты из Effect.uz сумели пообщаться с воспитанницами детдома и выяснили, что девочки до сих пор боятся своих насильников.

«Один из них привез нам кроссовки на 250 тысяч сумов ($22). А заведующая взамен заставила лечь с ним в постель. Если бы я отказалась, меня бы морили голодом. Были такие дни. У нас тяжелое положение, мы просим помощи у президента. Как они могут ходить на свободе? Мы боимся и переживаем, помогите нам», — цитирует издание одну из пострадавших.

Молчаливое согласие

Ирина Матвиенко. Фото пресс-службы Сената Узбекистана

Ирина Матвиенко рассказала, что еще в начале февраля рассказала историю о преступлениях в ургенчском детдоме на заседании рабочей группы, занимающейся поправками в законодательство, направленными на усиление защиты женщин и детей от насилия.

По ее словам, присутствовавшие на встрече сенаторы, сотрудники Минюста, Верховного суда и других ведомств «погрузились в шок» от услышанного, но ничего не сделали.

Лишь после того, как статья об этом была опубликована на сайте проекта Nemolchi.uz, пошла реакция.

1 апреля детский омбудсмен Алия Юнусова сообщила, что взяла ситуацию под контроль и изучает материалы дела. Правозащитница подчеркнула, что любое половое преступление против детей должно сурово наказываться, при необходимости государство обеспечит безопасность воспитанниц детского дома в Хорезме.

Позднее завсектором по коммуникациям и информационной политике исполнительного аппарата администрации президента Узбекистана, дочь главы государства Саида Мирзиёева подтвердила, что подвергавшиеся насилию жительницы Ургенча взяты под охрану, а их моральное и физическое восстановление являются приоритетом.

«Одновременно мы должны заниматься созданием системы реагирования на подобные случаи и, главное, их предотвращения. Пришло время ужесточить законы и создать нормы абсолютной нетерпимости к насилию. На всех уровнях», — написала Мирзиёева в своем Telegram-канале.

На резонансную историю отреагировали и представители международных организаций. В частности, глава представительства ЮНИСЕФ Мунир Мамедзаде призвал власти республики усилить законодательство и политику, чтобы лучше защищать мальчиков и девочек от всех форм насилия и не допускать безнаказанности виновных.

«Противодействие сексуальному насилию и сексуальной эксплуатации детей должно быть приоритетом, и дети, оставшиеся без родительской опеки, должны быть обеспечены качественной альтернативной формой семейной опеки, за которой должен осуществляться качественный мониторинг квалифицированными социальными работниками», — отметил руководитель ташкентского офиса Детского фонда ООН.

Но, пожалуй, важнее то, как отнеслись к решению суда, назначившему насильникам беззащитных девочек наказание, не связанное с заключением под стражу, в ведомстве, отвечавшем за обвинение.

Так вот, Генеральная прокуратура Узбекистана, по ее же версии событий, предвосхитила общественный резонанс. Напомним, Nemolchi.uz опубликовал статью по «ургенчскому детдому» 31 марта, а, согласно заявлению Генпрокуратуры от 1 апреля, уже 29 марта был внесен протест в кассационную инстанцию судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда республики в связи с назначением осужденным А.Машарипову и А.Курязову мягкого наказания и иными обстоятельствами.

Впрочем, в надзорном ведомстве подстраховались, добавив, что из-за процедуры доставки, оформления и регистрации документ мог не дойти до адресата. А он и не дошел. По крайней мере, тогда же, 1 апреля, пресс-служба Верховного суда сообщила, что к ним не поступало протеста или жалобы в кассационном порядке.

Интересно, почему Генпрокуратура и Верховный суд молчали так долго, ведь решение о наказании насильников суд первой инстанции принял еще в сентябре, а апелляционная комиссия подтвердила в декабре. Выходит, надо было дождаться, когда активисты дадут огласку, а общественность прижмет госслужащих к стенке, вынудив пересмотреть дело и, возможно, изменить приговор.

Добавим, что в Узбекистане многое делается в «тайном режиме». За примером ходить далеко не надо — 23 марта Законодательная палата Олий Мажлиса (парламента) республики единогласно приняла поправки в закон, защищающий женщин и детей от насилия. Однако разработчикам проекта до сих пор не показали вариант документа, одобренный депутатами. Хотя многие активисты, в том числе представители рабочей группы при Сенате говорили, что данный законопроект — полумера, на которую приходится соглашаться.

О нежелании парламента делиться принятыми документами с общественностью подчеркивалось и в статье сайта Nemolchi.uz, посвященной ситуации в ургенчском детдоме.

«Мы выступали за то, чтобы за половую связь с лицом, не достигшим 16 лет, если это произошло путем обмана, злоупотребления доверием, путем предоставления материальных ценностей либо имущественной выгоды, осуждали на 8-11 лет лишения свободы. К сожалению, мы до сих пор не знаем, какой вариант предоставили депутатам и что они одобрили во втором чтении», — говорится в материале.

  • В Ташкенте провели фестиваль в честь пятилетия крупнейшего в Центральной Азии ледового дворца

  • Почему пожилые люди, переехавшие в Россию из Узбекистана, лишились социальных выплат

  • В Ташкенте открылась выставка Рустама Базарова

  • После атаки на «Крокус Сити Холл» в России прокатилась волна давления на мигрантов из Центральной Азии