И нам за это ничего не будет

Почему узбекские чиновники не желают выплачивать компенсации предпринимателям за снесенные здания
Снос здания братьев Сулеймановых. Фото из архива предпринимателей

Снос предприятий малого и среднего бизнеса в Узбекистане, а также махинации с долями в управлении компаний давно стали привычными «занятиями» для местных чиновников. Помнится, в первые годы независимости в стране активно уничтожались жилые дома, государственные фабрики и частные предприятия, а их владельцы в этой борьбе с власть имущими различного уровня теряли свое здоровье и даже жизнь.

Конфликты случаются и сейчас. Причем иногда ситуация выходит за рамки перепалок и судебных тяжб, переходя в раздел криминальных новостей. Например, недавно в Кашкадарье доведенный до отчаяния предприниматель, чей магазин собственноручно попытался снести заместитель районного хокима (главы администрации), облил чиновника бензином и поджег его. Действия владельца торговой точки, конечно, выходят за рамки адекватности, но власти тоже нарушают закон, под предлогом реализации госпрограмм по благоустройству уничтожая объекты частной собственности — и не компенсировав их владельцам понесенный ущерб. При этом нет гарантий, что компенсацию выплатят в будущем, хотя по закону ее должны предоставлять еще до начала демонтажа. В такой ситуации легко дойти до точки кипения.

Но все же большинство собственников сносимых строений пытаются восстановить справедливость в суде. По данным Верховного суда Узбекистана, за первое полугодие 2019 года экономическими судами было рассмотрено около 100 тысяч дел. В пользу истцов взыскано 5,8 трлн сумов ($682 млн), в том числе почти 624 млн сумов ($73 тысячи) – в пользу субъектов малого бизнеса и частного предпринимательства. Однако мало добиться решения суда в свою пользу, нужно еще дождаться выплаты присужденной суммы. Не всем это удается. А многие пострадавшие и вовсе не верят в эффективность обращения в суды.

Примером тому могут послужить истории двух обратившихся в редакцию «Ферганы» предпринимателей, которые лишились своего бизнеса. В случае Марата Ахмедова речь идет о его доле акций рынка города Шурчи Сурхандарьинской области, а Илхом Сулейманов лишился комбината по обслуживанию населения на ташкентском рынке «Ипподром».

Случай в Шурчи

Лакомый кусок

«Фергана» уже писала о сносе рынка в городе Шурчи. Местные жители и правозащитная группа «Бесстрашные», в которую входят правозащитница Елена Урлаева и журналистка Малохат Эшанкулова, крайне негативно отозвались о происшедшем в Шурчи, охарактеризовав действия местных властей как «бандитский налет». Однако у истории есть и другая сторона, о которой рассказал один из пострадавших в результате сноса рынка Марат Ахмедов.

По специальности Ахмедов экономист, много лет работал в системе Госкомимущества. В частности, он участвовал в подготовке законодательных актов Республиканской комиссии по ценным бумагам и фондовым рынкам, написал немало статей для финансовых изданий.

В 2001 году Ахмедов решил заняться предпринимательством. На фондовом рынке он приобрел акции ОАО «Шурчи дехкон (озик-овкат) бозори» — дехканского рынка, расположенного в центре города Шурчи на территории 2,9 гектара. Так, экономист стал одним из 39 учредителей предприятия. Самым крупным из них был городской хокимият, имевший долю в 50%, второй по размеру долей — 28,34% акций — обладал Ахмедов.

Своим вложением в бизнес он был очень доволен. Население четырех районов области охотно везло на рынок сельскохозяйственную продукцию, а жители города с удовольствием ее раскупали. Доходы росли, рынок расширялся. Ежегодную чистую прибыль учредители вкладывали в дальнейшее развитие бизнеса – реконструировали старые павильоны и строили новые.

Снесенный торговый навес в Шурчи. Фото из архива Марата Ахмедова

По данным налоговой инспекции Шурчинского района, на территории дехканского рынка имелось более 900 торговых мест. Кроме того, физические и юридические лица имели торговые объекты (магазины, аптеки, столовые и объекты бытового обслуживания), их общее число составляло 370 единиц. Большая часть из них была оформлена в частную собственность кадастровыми документами. По информации финансового управления Сурхандарьинской области и областного налогового управления, ежегодный установленный базовый план валовых сборов ООО «Шурчи дехкон (озик-овкат) бозори» на 2017 год составлял 2,2 млрд сумов. В результате в государственный бюджет предприятие ежегодно направляло свыше 1 млрд сумов в виде налогов и прочих отчислений.

Конец прекрасной эпохи

Однако в конце концов на рынок положили глаз сильные мира сего, пожелав отнять законные доли учредителей. Все началось с демарша местной власти. В мае 2017 года налоговая инспекция Шурчинского района инициировала проверку, обвинив дирекцию рынка в возведении 135 лишних объектов. Хотя учредители оказались не согласны с ее результатами, Сурхандарьинская областная прокуратура возбудила уголовное дело. Причем расследование началось именно в период изъятия земельного участка и сноса всех объектов рынка — для того чтобы испугать и подчинить дирекцию общества.

Накануне сноса в июне 2017 года хоким Сурхандарьинской области Эркин Турдимов (ныне хоким Самаркандской области. – Прим. «Ферганы») провел на территории Шурчинского района собрание областного актива с повесткой «О приведении к соответствию с требованиями законодательства деятельности «Дехкон (озик-овкат) бозори». По его итогам было принято решение снести 135 незаконно построенных объектов собственности юридических и физических лиц. Это объяснили намерением навести порядок в торговле на территории рынка с учетом требований, изложенных в постановлении президента № ПП-1326 от 26 апреля 2010 «О мерах по дальнейшему совершенствованию организации деятельности дехканских рынков и торговых комплексов».

По словам Ахмедова, хоким Шурчинского района Батыр Алимов постановил изъять из права постоянного пользования ООО земельный участок в 2,9 га, большую часть которого передал под строительство четырехэтажного гипермаркета третьему лицу – ЧП «Шурчи Шакаркул».

При этом хокимият произвел оценку рыночной стоимости объектов собственности учредителей, которая составила около трех миллиардов сумов, но после произведенного сноса в компенсации учредителям отказал.

Без денежной компенсации остались и частники, имевшие торговые точки на рынке.

По факту допущенных властями Шурчинского района и Сурхандарьинской области правонарушений учредители рынка неоднократно обращались в органы государственной власти региона, однако вопрос о выплате компенсации до сих пор не рассмотрен. Между тем, как утверждает Ахмедов, ущерб, который нанесен лично ему, составляет не меньше одного миллиарда сумов (так как Ахмедову принадлежит около 30% акций рынка).

Наш собеседник считает, что жаловаться в суд бесполезно. «Мы много говорим о необходимости создать в нашей стране благоприятный инвестиционный климат, — говорит Ахмедов. — Но если власти на местах будут и дальше так своевольно обращаться с имуществом и правами инвесторов, то о каких инвестициях, тем более иностранных, может идти речь? Президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев повседневно в требованиях ставит вопрос об укреплении бюджетной политики, призывает Государственный налоговый комитет добросовестно исполнять возложенные на него обязанности, пополнять бюджет. А по факту создается впечатление, что Шурчинский район Сурхандарьинской области является территорией, свободной от государственных законов и требований».

Все попытки «Ферганы» связаться с хокимиятом Сурхандарьыинской области оказались неудачными. Услышав, что мы хотели бы задать несколько вопросов по поводу компенсаций за снесенный рынок, на другом конце провода тут же вешали трубку. По словам жителей Шурчи, их родной хокимият сейчас осаждают сотни жалобщиков, в связи с чем чиновники отключают телефоны и часто не выходят на работу.

Ташкентская история

На «Ипподроме» как-то раз

От сноса объектов пострадала и ташкентская частная фирма «СУИЛ» Илхома Сулейманова, в которой он работал вместе с братьями. А началось все с проверки столичных рынков, затеянной в свое время бывшим хокимом Ташкента Козимом Тулягановым.

Но сначала нужно кратко рассказать о том, как семья Сулеймановых занялась частным бизнесом. Братья долгое время работали на авиационном заводе имени Чкалова. После того как в середине девяностых годов прошлого века завод практически обанкротился, городская администрация предложила Сулеймановым обслуживать автостоянки на рынке «Ипподром».

Все бы ничего, но на «Ипподроме» была огромная проблема: ни на рынке, ни возле него не было ни одного туалета. Естественно, на территории развели жуткую антисанитарию. Это не могло пройти мимо мэра Ташкента Туляганова: приехав на рынок с проверкой, он распорядился построить здесь отхожее место. Чиновники, желая избежать расходов из бюджета, предложили Сулеймановым зарегистрировать фирму и за свой счет построить важный объект инфраструктуры, став его собственниками. В результате появилась компания «СУИЛ», которая на основании договора аренды собственными усилиями возвела на выделенном ей участке земли одноэтажное здание, получив все необходимые разрешительные и правоустанавливающие документы. В здании оборудовали не только туалет, но и парикмахерскую, и склад, которые сдавали в аренду.

Так выглядело здание на стоянке возле "Ипподрома". Фото из архива братьев Сулеймановых

В 2011 году братья опять решили вложить деньги в строительство – возвести вместо одноэтажного здания двухэтажное, где тоже были бы туалет, парикмахерская, большой подвал и помещения, в которых ремесленники продавали бы свои изделия. Как рассказывает Илхом Сулейманов, 8 ноября 2012 года решением хокима Ташкента «СУИЛ» получила разрешение на реконструкцию принадлежащего ей здания. Этот объект был также включен в проект развития города. «Мы провели все необходимые согласовательные процедуры, изготовили архитектурный план, составили смету, подготовили другие необходимые документы. Проект застройки был утвержден архитектурно-градостроительным советом Ташкента, его согласовали инспекция Госархитекстроя республики, «Тошшахдавэкспертиза», «ТошбошпланЛИТИ», УПБ ГУВД столицы, Центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора и другие организации», – рассказал собеседник.

Но новостройка просуществовала недолго. Несмотря на наличие вороха разрешительных документов, в августе 2015 года первый зампрокурора Ташкента Мираглам Мирзаев (фигурант по делу бывшего генпрокурора Узбекистана Рашида Кадырова, признанный виновным по ряду статей Уголовного кодекса и получивший условный срок. – Прим. «Ферганы») опротестовал решения мэра столицы и хокима Чиланзарского района о возведении объектов инфраструктуры на «Ипподроме». Спустя год хозяйственный суд постановил ликвидировать «самовольно возведенное строение», возложив расходы по сносу на «СУИЛ».

Деньги возвращать никто не хочет

В результате с Сулеймановых на демонтажные работы взыскали 60 млн сумов, рабочих мест лишились 70 человек. Компания «СУИЛ», потеряв источник дохода, обанкротилась. Государство при этом лишилось возможности получать налоги в размере более 200 млн сумов в год.

Сулеймановы обратились в суд с исковым заявлением о возмещении ущерба, попросив взыскать с хокимията 950 млн сумов. Решением городского хозяйственного суда от 14 декабря 2016 года в удовлетворении исковых требований было отказано.

Только благодаря кассационному протесту заместителя прокурора столицы Эркина Абдуллаева

судебным решением от 12 мая 2017 года в пользу братьев были взысканы 950 млн сумов в качестве возмещения ущерба, плюс 5,2 млн сумов упущенной выгоды.

Несмотря на то что исполнительный лист Сулейманов предъявил еще в начале июня 2018 года, решение суда не исполнено до сих пор. Денежные средства в пользу братьев не взысканы, их предпринимательская деятельность приостановлена (частная фирма «СУИЛ» находится в картотеке с задолженностью в размере немногим свыше 47 млн сумов).

Одной из причин неисполнения судебного решения является то обстоятельство, что 26 октября 2018 года заинтересованные государственные органы обратились в Верховный суд с надзорной жалобой об отмене кассационного решения и всячески препятствуют его исполнению. При этом они нарушили установленные законом сроки на обжалование судебного решения: согласно статье 310 Экономического процессуального кодекса Узбекистана протест на решение суда может быть подан в течение одного года со дня его вступления в законную силу. В данном случае срок обжалования истек 12 мая 2018 года. Но, похоже, некоторым в республике закон, что называется, не писан.

По делу Сулейманова «Фергана» также пыталась выяснить позицию властей. Правда, в отличие от Шурчи, до хокимията Чиланзарского района столицы удалось дозвониться сразу. Девушка из приемной, узнав, зачем ответственных лиц решили побеспокоить журналисты, записала контактный телефон и пообещала, что с изданием обязательно свяжется кто-нибудь из заместителей хокима. Но никто так и не позвонил. Увы, отвечать на неудобные вопросы никто из чиновников не хочет. Как и компенсировать предпринимателям ущерб за снос их владений.

Виктор Федоров
  • В шелтерах Кыргызстана можно спрятаться от домашнего насилия. Ненадолго

  • Узбекистанцы отвечают на снос жилья крайними мерами

  • Туркменскому президенту напомнили, что у некоторых политзаключенных закончились тюремные сроки. Выпускайте!

  • С чего началось следствие по делу об убийстве известного ташкентского модельера Наримана Григоряна