Каменный век киргизской демократии

Почему каждый митинг с участием Садыра Жапарова или в его поддержку превращается в беспорядки
На митинге сторонников Садыра Жапарова. Фото с сайта Kloop.kg

2 марта на главной площади Бишкека прошел митинг сторонников Садыра Жапарова – известного в стране бизнесмена и депутата двух созывов. На площади собрались более тысячи человек, однако на мирную акцию протеста пришли провокаторы с камнями, и это закончилось столкновением с силовиками. Людей разгоняли при помощи водометов, шумовых гранат и собак.

От парламента до колонии

Садыр Жапаров родился 6 декабря 1968 года в селе Кен-Суу Тюпского района Иссык-Кульской области. В 1986 году окончил среднюю школу и поступил во Фрунзенский государственный институт физкультуры и спорта. Через год был призван в армию, а учебу завершил после службы. Позже заочно получил юридическое образование.

В первый раз Жапаров попал в Жогорку кенеш (парламент) в 2005 году. В 2007-2009 годах он занимал пост советника президента Курманбека Бакиева. В то же время был членом Комиссии по вручению госнаград, заместителем председателя Комиссии по помилованию и комиссаром Госагентства по противодействию коррупции.

Во второй раз Жапаров баллотировался в парламент от партии «Ата-Журт» в 2010 году. В октябре 2012 года организовал в Бишкеке митинг оппозиции с требованием немедленной национализации золоторудного месторождения «Кумтор». Именно во время этого митинга лидер партии Камчыбек Ташиев перемахнул через забор Белого дома, а за ним ринулись его сторонники. За это Ташиев и Жапаров были обвинены в попытке насильственного захвата власти и получили по 17 месяцев лишения свободы. В 2013 году Жапаров сдал депутатский мандат.

В следующий раз он «прославился» уже захватом заложника. В октябре 2013 года в селе Саруу Иссык-Кульской области вновь был проведен митинг с требованием национализации «Кумтора». Участники взяли в заложники нескольких человек во главе с тогдашним полпредом правительства в Иссык-Кульской области Эмилем Каптагаевым, которого обещали поджечь. Согласно информации Госкомитета нацбезопасности (ГКНБ), митингующим по телефону давал указания Жапаров. Чтобы избежать наказания, он уехал за границу, жил на Кипре и в России, где написал книгу «10 лет в политике».

Через четыре года Жапаров решил вернуться в Кыргызстан. Сразу после пересечения киргизско-казахской границы в марте 2017 года его задержали сотрудники ГКНБ. Жапарова приговорили к 11,5 годам за захват в заложники Каптагаева. В июне 2018 года Верховный суд подтвердил этот приговор.

Садыр Жапаров. Фото с сайта Kloop.kg

Находясь в СИЗО №1, в апреле 2017 года Жапаров порезал себе вены и шею ножом для хлеба. В тот же день его прооперировали. Сам политик в видеоинтервью заявил, что был в шоковом состоянии и плохо помнит, что произошло в тот день. В мае 2019 года Верховный суд пересмотрел дело Жапарова и сократил ему срок на полтора года — с 11,5 до 10 лет.

Противники Жапарова не жалуют его по трем причинам. Во-первых, занимая должность комиссара Госагентства по противодействию коррупции при Бакиеве, он промолчал, когда страна передала Казахстану землю в долине реки Каркыра.

Во-вторых, политика обвиняют в приватизации и порче одной из самых больших шахт страны. В 2007 году Жапаров выиграл тендер на разработку угольной шахты «Жырнагал», формальным владельцем которой числился его брат. Разрабатывать предприятие стали китайцы, вытеснив с рабочих мест местных жителей. В 2012 году на шахте произошел пожар, одной из причин которого называлась неправильная разработка. Затем ее затопило, и все работы завершились.

В-третьих, критики считают, что Жапаров помог своей сестре Райкуль сбежать от уголовного преследования. СМИ писали, что в 2007 году она при содействии сына президента Максима Бакиева совершила рейдерский захват банка «Иссык-Куль», где была главбухом. Накануне приговора Октябрьского районного суда Бишкека Райкуль покинула страну. В итоге суд в октябре 2014 года заочно приговорил ее к семи годам лишения свободы. В апреле 2015 года приговор ужесточили, увеличив срок до десяти лет. В феврале 2020 года Райкуль объявили в международный розыск.

Внезапный демарш

В ноябре 2019 года Садыр Жапаров обратился к президенту Сооронбаю Жээнбекову с просьбой о помиловании. В прошении он указал, что ни в чем не виновен, противоправных действий не совершал, а его семья находится в тяжелом положении — умерли его отец, мать и сын. Соратники экс-депутата собрали 500 тысяч подписей за его освобождение.

2 марта сторонники Жапарова решили провести митинг в его поддержку. Однако за день до этого адвокат политика разметил на своей странице в Facebook обращение подзащитного. Жапаров просил людей не приходить на акцию протеста. «На митинге завтра возможны провокации. Сейчас Кыргызстану нужна стабильность, но никак не беспорядки и конфликты. Исходя из полученной мной информации, провокаторы на предстоящем мероприятии готовятся провести ряд противозаконных акций. Поэтому я прошу своих сторонников отказаться от участия в завтрашнем мероприятии», — говорилось в обращении.

На митинге сторонников Жапарова. Фото с сайта Kloop.kg

Мирным митинг на центральной площади Бишкека Ала-Тоо действительно не стал. Накал страстей с самого начала нарастал, помимо освобождения Жапарова, участники потребовали от властей немедленного решения едва ли не всех проблем страны (от урегулирования границы с Таджикистаном до погашения госдолга перед Китаем). Откуда-то появились женщины, которые напали на сотрудников парламента, а отдельные участники акции двинулись в сторону Белого дома. Милиция начала силовой разгон.

Людей быстро вытеснили с площади, но милиционерам пришлось еще некоторое время разгонять протестующих на прилегающих улицах. Милиция применяла водометы, шумовые гранаты и служебных собак. Некоторые участники акции в ответ кидались камнями. В итоге пострадали около 20 человек (в основном стражи порядка).

На следующий день ГКНБ возбудил в отношении организаторов митинга дело о попытке насильственного захвата власти. Один из организаторов, экс-депутат Каныбек Осмоналиев, помещен под арест. В штабе поддержки Жапарова взломали двери и провели обыск.

Мэрия Бишкека оценила акцию как «массовые беспорядки с попытками перекрытия улиц, нападений на милицию, захватом Белого дома, порчей имущества бизнеса и уничтожением элементов благоустройства города». В связи с последними событиями на площади Ала-Тоо, а также в связи с угрозой эпидемии коронавируса COVID-19 мэрия решила потребовать в суде временного запрета митингов в центре столицы. 5 марта суд удовлетворил это прошение. Проводить массовые акции в центре Бишкека нельзя будет до начала лета.

Жертва провокаторов?

Что касается сторонников Жапарова, то многие из них не спешат высказывать свое мнение по поводу случившегося. Например, ранее постоянно выступавший в СМИ Мелис Аспеков отказался отвечать на вопросы «Ферганы», сославшись на то, что он месяц назад взял отпуск и находится за границей.

Вместе с Садыром Жапаровым в 2010 году в парламентских выборах от партии «Ата-Журт» участвовал Шаирбек Маматокторов. В интервью «Фергане» он рассказал, что знаком с Садыром с 2010 года. «Он адекватный политик, не популист и вокруг него не было никогда таких теток, которые 2 марта напали на полицию у Белого дома», — подчеркнул наш собеседник.

«Я работал с ним в парламенте и партии, ходил на его суды. Его сторонники были на площади, но потом туда пришла группа совершенно чужих людей, и начались провокации. Жапаров не хотел митинга, он вел переговоры с законной властью по поводу своего дела и заранее обратился к своим сторонникам, чтобы митинг не проводили», — подчеркнул Маматокторов. Он отметил, что, поскольку люди все равно решили идти на акцию, туда прибыли Осмоналиев и брат Жапарова Сабыр. Они пытались как-то регулировать происходящее. Несмотря на это, именно их сейчас обвиняют в том, что произошло.

Полиция на прилегающей к Ала-Тоо улице. Фото с сайта Kloop.kg

«Странно, что полиция не задержала кричащих женщин, которые бросались на людей. Они явные провокаторы, а не пожилой Осмоналиев, который говорил на митинге адекватные вещи и успокаивал публику, — считает Маматокторов. — Силовики тоже должны отделять мух от котлет и понимать, что те, кто кидал камни, — это не сторонники. Это наемники, которые специально хотели дестабилизировать обстановку, как повод используя акцию Садыра Жапарова». Отметим, что 4-5 марта двух из упомянутых женщин все-таки задержали.

Маматокторов заявил, что это не первый раз, когда Жапарова подставили. «Первый раз это произошло, когда «сторонники» уговорили его вернуться на родину в 2017 году, и он был осужден, — пояснил политик. — Он понимал, что его могут посадить, но его уговорили вернуться. Уговоры шли не со стороны власти, а со стороны «сторонников». Понятно, что дело с Каптагаевым сфабриковано, и сам Каптагаев говорил, что не имеет претензий к Жапарову. Возможно, кого-то не устраивает, что он может выйти на свободу. Садыр всегда раздражал власть тем, что выступал за национализацию «Кумтора», именно это стало основной причиной его ареста в 2017 году. Сейчас его дело используют провокаторы, чтобы нагнетать обстановку в стране и дискредитировать власть».

Взгляд наблюдателя

О том, что произошло на митинге, «Фергане» в деталях рассказала консультант по мирным собраниям правозащитного центра «Кылым Шамы» Гульшайыр Абдирасулова. По ее мнению, митинг был проведен вопреки протестам Жапарова, так как на момент публикации обращения участники уже приехали из регионов. Эксперт отметила, что всегда можно определить, выходят люди на митинг за счет своих ресурсов, с самодельными плакатами или на акцию с бюджетом, для которой на заказ сделаны транспаранты. У акции 2 марта бюджет явно был.

«К 10 часам утра мы направили на площадь наблюдателей. Люди стали собираться ближе к полудню. Вначале было мало людей — 70 человек, 100, потом 200... Но в какой-то момент толпа увеличилась, и к обеду собралось около полутора тысяч. Было непонятно, это все митингующие или среди них есть обычные зеваки. Митинг начинался мирно, призывов не было, говорили о Жапарове, борьбе с коррупцией, поднимали общие вопросы. Но после 14 часов наблюдатели выслали информацию, что толпа увеличивается, и мы направили дополнительных наблюдателей. Тогда же мы получили информацию, что в толпе есть пьяные (хотя закон запрещает участие в мирных собраниях людей под алкоголем и прочими веществами), которые начинали что-то выкрикивать», — рассказала Абдирасулова.

Сторонники Садыра Жапарова. Фото с сайта Kloop.kg

Примерно в это время к людям вышел представитель власти и сказал, что в течение трех дней будет дан ответ на требования митингующих. «Но провокаторы были против, от них пошла неадекватная реакция, и они сказали, что дают на выполнение их требований лишь три часа. Потом появилась непонятная группа женщин наподобие ОБОН, они пошли к Белому дому и начали нападать на людей. То есть первый сигнал, что митинг не мирный, — это были пьяные, потом эти женщины, — разъяснила Абдирасулова. — В это время выступавший в качестве модератора брат Жапарова уже призывал людей расходиться, но часть толпы не стала слушать и пошла в сторону Белого дома. Так как местом проведения акции была заявлена только площадь, она была с двух сторон оцеплена сотрудниками милиции. Люди прорвали кордон, пошли к Белому дому, там в оцеплении стоял второй кордон, и в ход пошли камни».

Эксперт отмечает, что для нее первый и главный вопрос в этой ситуации — откуда взялись камни. На площади, на тротуарах, в клумбах их нет. Получается, что люди изначально пришли на митинг с «оружием пролетариата»? По данным «Кылым Шамы», сначала речи о разгоне не шло. МВД сделало заявление, что милиционеры будут обеспечивать безопасность митинга, если он будет проходить в рамках закона. Н, когда полетели камни, милиция начала применять спецсредства. После 16 часов на месте событий появился спецназ, использовался водомет. Толпа разбежалась, но вернулась снова, началось противостояние, и пошли в ход шумовые гранаты. Потом появились собаки, и начали применяться резиновые пули.

«По иерархии использования спецсредств все было сделано правильно: от самых безопасных к более опасным, — отмечает Абдирасулова. — Но мой второй вопрос, как правоохранители применяли резиновые пули. Их было немного, иначе жертв было бы больше, но применение спецсредств не подразумевает их использование в упор. Дело в том, что проходившая мимо посторонняя девушка получила пулю в грудную клетку и обратилась в госпиталь. По данным Минздрава, к ним обратились 19 сотрудников милиции и одно гражданское лицо — эта девушка». Эксперт заключила: «И третий вопрос — почему были устроены провокации, которые зафиксированы на видео».

Мы поинтересовались, правомерны ли действия милиционеров, которые, судя по видеозаписям, поднимали камни и кидали их обратно в митингующих. Абдирасулова ответила, что это не самая адекватная реакция. Эксперт заявила: «С одной стороны, я их понимаю, у милиции спецсредств не было, только щиты и дубинки. Когда полетели камни, а это было первое насилие со стороны митингующих, пошла реакция защиты, и милиционеры начали кидать камни в ответ. С точки зрения закона это неправомерно. Но есть стандарты, согласно которым, если правоохранительные органы не снабжены спецсредствами, они могут использовать какие-то средства для защиты собственной жизни и окружающих». При этом Абдирасулова отметила, что, кидая камни в митингующих, милиционеры, по сути, возвращали им оружие для повторного использования.

Кто виноват?

Абдирасулова считает неправильным, что теперь организаторы митинга будут нести ответственность за действия провокаторов, пострадавших людей и разбитые машины. Она пояснила: «Это и незаконно, и несоразмерно. Вопрос в том, кто использовал насилие. Наши наблюдатели официально подтвердили, что модераторы митинга Каныбек Осмоналиев и брат Жапарова призывали людей разойтись. Милиция должна установить, кто конкретно устраивал беспорядки и кидал камни. 166 человек были задержаны и 162 в ту же ночь были отпущены, так как милиция не имеет права задерживать людей более чем на три часа. Оставили только четырех организаторов, которые обвиняются в инициации беспорядков. Это спорное решение, мы всегда говорим, что в отношении каждого человека должно быть установлено его деяние. Вопрос ответственности и возмещения ущерба должен решаться в каждом индивидуальном случае — как организаторов, так и участников».

Абдирасулова отмечает, что если раньше претензии после митингов возникали к силовикам, то на этот раз правоохранительные органы сработали хорошо. Но теперь учить правильному поведению на митингах надо людей. Эксперт напомнила, что митинг в сквере Горького в поддержку Жапарова, когда он только вернулся на родину в 2017 году, проходил по аналогичному сценарию. Участники стояли мирно, потом подошли люди с повязками из платков на лицах и стали кидать бутылки с зажигательной смесью в спецназ. Начались беспорядки и массовые задержания. «Там было очень жесткое пресечение, тогда мы говорили, что милиция подошла к своей работе несоразмерно, они могли мягче действовать. В этот раз применение силы было законно и необходимо, но вопрос применения пуль стоит рассмотреть», — заявила эксперт.

Также она сказала, что о возможных провокациях на митинге 2 марта стало известно за несколько дней до его начала. Слухи ходили в соцсетях, причем утверждалось, что якобы власть сама организует провокации, чтобы помешать нормальному проведению акции.

«Когда стало известно о провокациях, я написала в соцсетях, что милиция должна выявить провокаторов и нейтрализовать. Вынести предупреждение, а в случае неповиновения применять установленные законом меры. Но, когда идет массовая провокация и, например, в двухтысячной толпе 500 провокаторов, людей сложно выявить. Здесь было упущение не только органов правопорядка, но и организаторов. Между ними не было коммуникации, — считает Абдирасулова. — Милиция должна была подойти к организаторам и попросить еще раз сказать, чтобы люди разошлись, а также попросить мирных участников отойти от желающих пойти к Белому дому. Аналогичный метод мы использовали на митинге против коррупции Матраимовых, где были провокаторы. Участники митинга должны уметь защищать себя, они должны были подойти к милиции и сказать, что среди них появились провокаторы. Это бы зафиксировали СМИ, и это могло помочь организаторам после всего, что произошло».

Сейчас правозащитников беспокоит запрет на проведение митингов. Такое решение столичной мэрии Абдирасулова назвала «неадекватным и несоразмерным». Она заявила: «Говорить о митинге и привязывать туда коронавирус — сомнительное основание. Я понимаю, если бы была эпидемия и были смертельные случаи, тогда государство обязано запрещать митинги. Но тогда должны быть запрещены все массовые праздники, празднование Нооруза и так далее». «Кылым Шамы» выпустит специальное обращение по этому поводу. Однако стоит отметить, что попытки запрета всех массовых мероприятий на период эпидемии коронавируса власти уже предпринимают.

  • Молодежь Кыргызстана открыто требует от «стариков» передать ей власть

  • Пока разношерстные политики в Кыргызстане борются за власть, граждане защищаются от погромов и помогают друг другу

  • Киргизский политик Феликс Кулов объясняет причины «октябрьской революции» и дает советы власти

  • Кто победит в Кыргызстане: устроившая переворот молодежь или «аксакалы» от политики?